Последние темы с форума:

Не устанавливай локальных сеток. Сетевые устройства могут вызвать конфликты с Рыбнадзором, а это лечится потом долго. Лучше ставь локальную удочку на берегу, но только не из портов. В портах большой траффик, погонят.

Если криво установилась палатка - надо не полениться и пеpеустановить.

Если устанавливаешь впервые - обязательно изучи мануал, там много нетривиального.

Скачивать воду лучше из колонок, она посвежее: та, что идет в комплекте с ландшафтом, не всегда корректно работает - может потом отвлекать частыми прерываниями.

Самые свежие дрова работают хуже всего. Они еще сырые, на них обычно требуется лицензия (если сломать - могут возникнуть конфликты). Поэтому
лучше всего брать старый отстой. Но он имеет свойство падать при первом обращении - умей вовремя отскочить.

Файрвол окопай и обложи камнями. По окончании работы перед самым выходом - зашутдаунь ногами и залей туда свой лог, попросив, дам отвернуться.

Маленький мальчик идет к отцу и просит объяснить ему, что такое политика.
Отец отвечает:
- Конечно, я могу тебе объяснить. Возьмем, к примеру, нашу семью. Я приношу домой деньги, итак, назовем меня капитализмом. Твоя мама тратит эти деньги, назовем ее правительством. Мы оба заботимся о тебе, таким образом, ты у нас народ. Наша домработница это рабочий класс, а твой брат лежит в пеленках это будущее.
Сын не вполне уверен, что все понял, но он вспомнил пословицу: «Утро вечера мудренее» и пошел в свою спальню.
Ночью мальчик проснулся от крика своего младшего брата, который наложил в пеленки. Мальчик идет к спальне родителей и стучит в дверь. Но мама очень крепко спит и не отвечает на его стук. Тогда он идет в спальню домработницы и застает в ее постели своего отца. На его стук и покашливания они никак не отреагировали, занятые своим делом. Мальчик идет в свою спальню, ложится в кровать и спит дальше. Утром, за завтраком отец спрашивает:
- Ну, как? Разобрался ты в политике? Понял мои объяснения?
- Понял.
- Расскажи-ка нам своими словами!
- Очень просто. Капитализм трахает рабочий класс, а в то время правительство спит. На народ никто не обращает внимания, а будущее все в дерьме!

Премьер-министр России Владимир Путин ответил блогеру top-lap, который в нецензурной форме описывает состояние дел с пожаротушением на своей даче в деревне в Тверской области, в 153 км от Москвы. Внимание премьера на эту историю обратил в обращении к нему главный редактор радиостанции Алексей Венедиктов, приведя ее в качестве примера народного негодования по поводу работы правительства по тушению пожаров в регионах РФ.

top-lap: "Знаете почему горим? Потому что пи…дец. Объясню. У меня дача в деревне, 153 км от Москвы, Тверская область. Деревня это такое место, где все живут нос к носу у многих общие заборы, а у некоторых как у меня с соседом например, забора нет вообще и по сути он мне на х…й не нужен мне от него скрывать нечего, а поскольку он местный житель, то присматривает за домом, когда меня нет и косит траву на моем участке, что хорошо для его коровы и не плохо для меня, потому что участок быстро зарастает.

Ну так о чем это я, а вот про пожары. В деревне при мудаках коммунистах, которых все ругают было три пожарных пруда, висела рында, в которую били если начинался пожар и о чудо была пожарная машина, одна на три деревни правда, но была.

И вот пришли господа демократы и начался пи…дец, первое что сделали это засыпали пруды и продали эти места под застройку, пожарную машину тоже куда то дели, наверно инопланетяне спи…дили, а рынду заменили на телефон (модернизация бл..дь), только он ни х…я не работает, потому что забыли подключить. Остался пожарник правда у него ничего нет кроме шлема и робы, которые остались еще от всех тех же плохих коммунстов.

Все, конечно, делали вид, что ничего не происходит, пока этот парень в утренних новостях не сказал, что с набережной Москва-реки уже не видно башен Кремля. Ну, не видно и не видно - мало ли, чего не видно. У меня вот под окнами тоже было видно только школу. Больше ничего. Школа, а за ней - серый туман. Дым.
Я допивал свой утренний кофе, смотрел в окно, как несчастные школьники бегают стометровку, кашляя и отплевываясь от дыма, и в это время тот парень сказал по телевизору про Кремль.

Ничего удивительного, - подумал я. В таком дыму еще и не то потеряется. Дым над Москвой стоял уже месяц с лишним, но в последние три дня все стало значительно хуже, чем даже в семьдесят втором году. Но виду не подавали, нет. Подумаешь, торф тлеет на осушенных болотах. Подумаешь, лесные пожары. Леса много, весь не сгорит. В Америке и похуже бывало.

Последние три дня все десять миллионов человек сидели при закрытых окнах, только по необходимости отпирая на пару секунд двери своих домов, чтобы, набрав побольше воздуха, нырнуть в густой кисельный дым. Его хотелось потрогать. Протягиваешь руку - а он ускользает. Хватаешь - а его нет.
Уже давно днем можно было спокойно смотреть на солнце. Да и что это было за солнце? Растерянный красный круг, как остывающая конфорка. Плюнь на него - зашипит, да и только. Вечерами - клубы дыма в оранжевом свете уличных фонарей. Как будто зима и снег, но никакой зимы, и вместо снега - дым. Мне уже стало казаться, что однажды мы проснемся, посмотрим в окно - а там везде лежит дым. Дым, пепел, что угодно, но лежит, что-то материальное, что-то, что сделает мир другим. Как бетонная пыль на улицах Манхэттэна утром двенадцатого сентября.
Но ничего такого не происходило. Люди ехали на работу в полном дыма метро, еле тащились по задымленным дорогам в своих автомобилях при полной иллюминации, сидели в закупоренных офисах с кондиционерами, переключенными на внутреннюю конвекцию. Лучше уж дышать потом восемнадцатилетней секретарши, чем дымом шатурских торфянников, правда? И все продолжали делать вид, что ничего не происходит, пока этот парень в утренних новостях не заикнулся про Кремль.

Наш друг, Александр Алексеевич, подбросил историю. У него специализация по сексопатологии, и периодически обращающиеся за помощью пациенты не дают ему забыть про сей знаменательный в его жизни факт. Одна семейная пара ему запомнилась надолго.

Обратились они к доктору с жалобой на то, что дама перестала испытывать оргазм. То есть ещё некоторое время назад всё было в порядке, и вдруг раз — и ушла из жизни радость, осталась суета и бессмысленные телодвижения. Доктор подошёл к проблеме со всей ответственностью: женский оргазм — штука тонкая и капризная, это вам не член с его боевым и транспортировочным положениями. Долго собирал анамнез, анализировал, размышлял. Вроде бы придраться было особо не к чему: оба молодые, пышут здоровьем вообще и в половой сфере в частности. Анализы гормонов тоже чётко укладывались в норму.

Пошёл сбор анамнеза по второму кругу, практически с пристрастием. Пара вдруг вспомнила, что незадолго до прискорбной утраты был семейный скандал. Муж попался на измене. Огрёб сам, получила по шее коварная соблазнительница, потом было примирение с прощением — всё как у людей.

Вроде бы, вот она, причина, хватайся за неё и психотерапевтизируй до синхронного многократного обоюдного оргазма — ан нет! Оба супруга на такой мелочи совершенно не циклились, да и трудно было предположить, ЧТО ЖЕ ТАКОЕ могло бы невротизировать такую на редкость психически уравновешенную, закалённую многочасовыми сменами работы на конвейере пару.

Для памяти, несколько мыслей по организационной части.
Почему все получилось так, как получилось.
Из не "организационных" - зверское количество отдыхающих и их свинское поведение. Не случайно, во всяком случае там где был, большая часть пожаров пошла от мест отдыха у озер.
Из "организационных" причин:

1) Полный упадок лесного хозяйства. Просеки не прочищаются, не пропахиваются канавы. Нет актуальных карт лесных массивов с дорогами, просеками, лесными кварталами, характеристиками леса. Карт вообще никаких ни у кого нет - ни у спасателей МЧС, ни у пожарных, ни у военных, во всяком случае на уровне непосредственных исполнителей и начальников на местах. В штабе, может что-то и есть, не знаю, непосредственно в палатках там не был. На стандартную советскую генштабовскую километровку все смотрят как на чудо.

Вот жестко конечно.. какой день уже, едешь и ничего не видно.

Натянув костюм химзащиты и трижды проверив систему охлаждения я запер дверь квартиры. Слава тому, кто придумал делать замки из сковородок с антипригарным покрытием, иначе вечером снова пришлось бы вызывать мастеров и вырезать приварившуюся за день дверь!
Спуститься вниз сегодня было не сложно - на 3м уже почти все потушили. "даже через светофильтры шлема отражение фиолетового солнца в оплавившемся окне первого этажа - это фантастика", - в очередной раз мелькнула мысль, но я не стал доставать фотоаппарат. На этой неделе в моей камере и так сгорело уже 3 карточки. они ведь работают только до +70, а так холодно в этом году не было с апреля. Да и ожог от кнопки лифта на указательном пальце правой руки все еще побаливает.
пробравшись по мосткам через, кипящий во дворе, асфальт и увернувшись от падающего кондиционера (и почему до сих пор крепеж делают из легкоплавкого аллюминия?!), я вышел на дорогу. Толпа беженцев из испании ринулась ко мне с мольбой в глазах, которая видна даже сквозь три пары их солнцезащитных очков. пытаются насобирать милостыню на холодильник, бедняги, так они смогут спать хотя бы поочереди. но, вот только как их сюда пускают-то? Путин же обещал ужесточить визовый режим с европой! хотя, бог с ними, сгорят к осени, как обычно, ничего не поделаешь...

Танк сегодня удалось остановить минут за 10, все же такси "таманское" - спасения для москвы, да и ездят они быстрее, чем французы на своих тракторах. По руслу высохшей реки мы домчим до бывшей фабрики в мгновение ока, а там, в дальнем холодильном зале, сидя на льду, меня снова ждут дети. Как же им нравится слушать рассказы стариков о зиме. за их восторженно открытые от удивления рты и горящие глаза я даже готов простить им иск о клевете, который они накатали после недавнего рассказа о деде морозе...